И тогда я услышал... Я люблю тебя

И тогда я услышал:

     - Я люблю тебя.
     - Но посмотри, кто я и кто Ты. Ведь я - грязный, больной, злой, в рваной одежде, я ненавижу себя и всех...
     - Я люблю тебя.
     - Этого не может быть, я не верю этому. Я - вор, алкоголик, наркоман; всю жизнь везде, где бы я ни появлялся, приносил с собой несчастье, жестокость, ложь. Я везде делал подлости и радовался, когда кто-то падал. Я радуюсь, когда кому-то плохо. Даже своим домашним животным я причинял боль...
     - Я люблю тебя.
     - Как? Ведь и мои родные осуждают меня и, наверное, уже не ждут - ведь я всем в тягость. Все презирают меня, я никому не был нужен, кроме моей бабушки, но она умерла.
     - Я люблю тебя таким, какой ты есть, и жду - приди ко Мне.
     - Но за что?!
     - Просто, за то, что ты есть на свете.
     - Я не верю, тут что-то не так.
     - Посмотри, я умер за тебя на кресте в мучениях для того, чтобы ты смог прийти ко Мне, сложить грехи у Моих ног и получить жизнь. Приди ко Мне, и Я исцелю тебя...

Где выход?

     1990 год. Опять арест, в Москве, на Арбате. Три дня кошмара, и под конвоем меня привезли в город, где я родился, и где совершены последние преступления. А я уже успел срастись с жизнью на свободе, жена, хозяйство. И опять выдернут из того, что считал реальностью и жизнью. Везут, а из души капает кровь, и корни, едва успев возникнуть, остаются все дальше и дальше позади. Вновь по заколдованному кругу, и вновь отчаяние, и нет просвета, и нет решения. Впрочем, решение было, на этот раз все складывалось как нельзя лучше: свобода в правах человека, без ограничений, свой бизнес, баснословная прибыль и от шальных денег - шальной кураж, а тут вот она, водочка, и скука от монотонного дела, и запах риска - и конвой. Нет, решения не было. Меня привезли в камеру предварительного заключения, где, по закону, я должен был просидеть трое суток, а затем, после подписи прокурора - перевод в следственную тюрьму.
     Выхода не было, по делу все доказательства собраны, обыски проведены, прилежные оперативники постарались - материал подшит и подколот. Нужно отсиживать срок, который неминуем. Мне не привыкать, армия, военное училище, два тюремных срока - неволя стала уже частью жизни, но в этот раз было все не так, что-то зародилось внутри за то время, которое был на свободе, желание семьи, своего дома, любви.
     Железная дверь, гулкий коридор, пустота идущая изнутри. Я лежал и вспоминал родное: яркое зимнее солнце, весело светящее в окна, запах воскресных пирогов и прикрытую дверь на кухне, где молится бабушка, молится долго, а я жду. Вот она вышла после молитвы и как всегда с необычными глазами, доверчивыми, просветленными, похожими на детские...
     Я нащупал крестик на груди, снял его и поставил перед собою:
     Бог...

Первый стук

     - Господи, прошу Тебя, дай мне свободу, я никогда больше не встану на преступный путь, я очень хочу жить, имея свой дом и семью, пожалуйста, прости меня, не наказывай, отпусти, и я сдержу свое слово...
     Вот и прошла последняя ночь перед переводом в тюрьму, а утром все было, как во сне. Лязгнул замок, лязгнули наручники, обхватив запястья, и следователь повел меня в свой кабинет в управлении. Он не проронил ни слова, не задавал вопросов и я. В кабинете он молчал, вставил лист бумаги в печатную машинку, и начал печатать постановление об освобождении... Спасибо, Господь, за Твой первый стук в мое сердце.

Снова ночь
     Я не был рожден свыше и не сдержал слово. Через два года вновь погрузился в греховную жизнь, запутываясь все больше и больше. Богохульничал, дерзил, были случаи воровства, было, что бил ножом человека, было, что с едящими со мною хлеб и не ожидающими худого поступал подло и коварно. Я ненавидел себя, но некая сила вновь и вновь творила через меня зло, а меня самого становилось все меньше и меньше, мое “я” внутри было при смерти, тело превращалось в пристанище бесов. Жена ушла, дом имел только физические стены, но фактически спереди, сзади, всюду пребывал ужас, холодный без надежды, без пощады - это был ад. Не было больше присутствия Божия, не было больше Его теплоты, Его невидимой защиты, которая окружает всякого человека, - я оттолкнул все это от себя. Я слышал голоса бесов, они бросали меня в судорогах и без сознания на землю, разрушали тело.
     Фрагментами память воспроизводит арест, тюремную больницу, жуткую, невыносимую боль в костях, которая сильнее боли зубов и которая на несколько месяцев лишила сна. Врачи ничего не могли объяснить, внешне все было в порядке. А потом - депрессия, желание сна, смерти - только не жить, только не просыпаться. Душа отвратилась от жизни. Я уже ничего не хотел: ни свободы, ни лазурного моря, ни семьи, ни дома, желал одного, чтобы не открывать глаз и не видеть света дня, света жизни, я хотел ночи, ночи.

“ ... И свет во тьме светит, и тьма не объяла его...”

     Пришла телеграмма о смерти бабушки. Она была мне вместо матери и любила всегда. Погас последний лучик, желанная тьма наступила.
     “ ... И свет во тьме светит, и тьма не объяла его...”
     Слава и благодарение Богу во Имя Иисуса Христа! Одновременно с наступлением тьмы в моей жизни наступил рассвет... Я не помню четкого перехода из смерти в жизнь. Помню, впервые тайком протянул в ладошке сахар тому, кто, по тюремным рамкам, был отвергнут. Помню, как делился при голоде последним хлебом с израненным человеком, которого не принимала ни одна камера, и к нам он попал на несколько минут...
     Во мне зарождалась любовь к людям. Это было удивительно и необычно, это было чудесно, я никогда такого не испытывал раньше. Помню, как в одной из пересыльных тюрем я горячо спорил и доказывал существование Бога, откуда это взялось, не знаю, ведь я никогда раньше не читал Библию. Она была у нас в квартире просто как украшение, два или три раза я брал эту книгу в руки и, заглянув, равнодушно ставил на место. Спустя год после ареста, меня привезли в колонию строго режима в Пензе.
     Я не знал еще, что моя жизнь уже во Всемогущей деснице Божьей, и попытался жить, как обычно в тюрьме, но вдруг с удивлением заметил, что не могу общаться с блатными так, как раньше, Бог лишил меня этого; я не мог вести с ними разговор, куда-то исчезли общие темы, неожиданно я совершенно перестал материться, более того, мат стал резать уши. Пришел к своим, а говорить было не о чем.
     Спустя две - три недели один из заключенных подошел, протянул Евангелие: возьми Олег, тебе это надо, а мне ни к чему, все равно зря валяется...
     Спасибо Тебе Господь, за Святое Слово Твое...
     Я погрузился в чтение, забыв все остальное; пил “живую воду” днем, если было возможно, - ночью, я пил эту любовь, пил эту истину, я пил эту жизнь - спасибо Тебе, Господь, за Святое Слово Твое.
     Так продолжалось год.


Я твой, Господь

     Я уже не раз слышал от человека, с которым мы когда-то горячо спорили в пересыльной тюрьме о существовании Бога и который теперь сам был ревностный верующий, что в нашу колонию приходят для проведения собраний и проповеди братья-христиане веры Евангельской. Он звал меня посетить это собрание, и однажды я пошел с ним. Так я познакомился с Валерой Рудиным и Алексеем, и еще одним Алексеем (сейчас не помню фамилий этих братьев). Собрание проходили всегда в благословении и помазании Духа Святого, там я научился славить Господа песнопениями и псалмами. Да благословит вас Господь, братья, подвизавшиеся на ниве Божией; благодарю за вас Бога; и в своих свидетельствах людям Господь не раз даровал вспоминать вас во Славу Божию.
     Но основное время, по чудному Божьему устроению, я проводил наедине с Господом. Он учил меня, “ ...как человек учит сына своего” (Втор. 8:5); в сновидениях, через уста людей; через видимую природу, через Слово Свое. Много, очень много происходило чудес, и нет сейчас нужды их описывать, ведь случилось главное чудо: я был слеп, а теперь вижу; я нашел Того, Кого искал всю жизнь; получил Саму жизнь с избытком; обрел истинную любовь, обрел Саму Истину. Благодарю Тебя, Иисус. Через год Ты крестил меня Духом Святым.

Новая жизнь

     Лагерь перестал для меня существовать как ограниченное пространство, ибо исполнилось Слово: “ ... В тесноте Ты давал мне простор” (Пс. 4:2). Это было поистине самое счастливое время, время первой любви. Незаметно кончился срок, и, помолившись и вручив себя Господу, я перешагнул за порог колонии. Сзади с грохотом захлопнулась последняя железная дверь. Я стоял и вдыхал воздух свободы, но мне давно уже была дарована истинная свобода во Христе. Я ничего не имел: ни денег, ни жилья, брат, который должен был встретить на машине, не приехал, но я имел в сердце Господа и мир Его. Слава Господу!
     К вечеру приятель на автомобиле появился, и мы (с нами был мой младший брат) отправились в путь.
     Ребятам было по двадцать с небольшим, и они переглядывались, иронично улыбаясь, когда я говорил о Господе. Во взглядах можно было прочитать сочувствие, разговаривали осторожно, как с психически больным.
     В Чувашии, посреди глухого леса, машина безнадежно сломалась, и, ко всем бедам, окончательно сел аккумулятор. Холодно, осень, сидим без света, машину не прогреть - полная безнадежность для парней. Тогда мысленно я обратился к Господу: “ Господь, вот тот момент, когда нужно свидетельствовать о Тебе, да уверует брат мой. Соверши чудо с этой безнадежной машиной...” А вслух сказал Косте: “Сколько времени?” Тот ответил. “Запомни это время, а сейчас поверни ключ зажигания, заведи машину и езжай, больше она у тебя до самого места не сломается!”
     Автомобиль завелся с полуоборота и, как и было сказано, до места работал, как часы.
     В настоящее время мой брат учится в Библейской школе, в Москве.
     Слава и благодарение Святому Израилеву во веки веков. Аминь.
     Неделю я побыл на Родине и поехал опять в Санкт-Петербург, где и жил раньше. В кармане было три миллиона (сейчас три тысячи) рублей - это все, что я имел. Я ехал в никуда, не имея, где голову приклонить, но Господня воля уже совершилась на небе, и я видел только поэтапное ее исполнение. Чудесным образом через год мне вернули комнату, вместо 18, 9-ти метровую. Когда Господь вновь соединил нас с женой, Он чудесным образом дал нам однокомнатную квартиру в замечательном районе города. Я не имею денег и не занимаюсь бизнесом, поэтому свидетельствую: Господь чудесным образом дал нам квартиру. Никогда я не смог бы ее купить, мне не заработать таких денег. Господь велик, Он печется о своих детях. Написано: “... Ищите прежде Царствия Божьего, остальное приложится вам...” Господь все делает во славу Свою, Он прославляет Свое Слово.
     Написано также: “Веруй в Иисуса Христа - спасешься ты и весь дом твой”. Ныне мои брат, папа, мачеха, жена со всем домом своим, подруга жены вместе с мамой и многие, многие вокруг нас приняли Господа Иисуса Христа.
     Свидетельствую об этом во Славу и похвалу Бога Отца через Господа Иисуса Христа.
     Ему слава во веки веков, аминь.